lautlesen (lautlesen) wrote,
lautlesen
lautlesen

Categories:

Эффект Хироо Оноды.

Эффект Хироо Оноды, и его влияние на проявление патриотизма. ч2.

Авт. Цвершиц Андрей

Миротворческие операции в Китае. «Перспективный слуга императора…и просто хороший человек».
После выпускной церемонии для окончивших офицерские курсы 13 августа 1944 года  Хироо Онода направился к месту следующей службы в Футуяму. Цель пребывания и задачи для младшего лейтенанта в 33 батальоне Восточного сектора оставались неизвестными. Никаких пояснений в канцелярии офицерских курсов ему не дали.

Прибыв 16 августа 1944 в часть в Футумате Хироо Онода был извещен что занятия его группы будет начато 1 сентября, и ему предоставляется двухнедельный отпуск.
Онода решил использовать это время посетив своего старшего брата в Токио. К этому времени тот получил повышение в звании – майора и был переведен в Армейское Медицинское управление в Токио, и проживал в районе Накано. Так же целью этой встречи было выяснить в какое подразделение определен младший Онода… и получить офицерскую портупею (поясной ремень с подвесом для меча, плечевой ремень и кобуру). Старший брат получив штабную должность не нуждался в снаряжении полевого типа и приобрел новую офицерскую амуницию.
Назвав свою часть Хироо Онода вверг своего брата Тадами в глубокое удивление. Стараясь чтобы разговор не услышали домочадцы, старший брат знаками и намеками обозначил новый род деятельности Хироо как «военная разведка или шпионаж».
Это не удивило Хироо Оноду: «Новость о том, что я могу быть назначен на разведывательную работу не особенно удивила меня, ведь еще в Наньчане лейтенант Оно однажды сказал мне "Нам не хватает людей для отрядов умиротворения. С твоим китайским языком, когда ты завершишь офицерскую подготовку, тебе должны дать работу в этой области."
Участие Х.Оноды в карательных операциях в Китае в качестве переводчика при допросах схваченных в облавах китайцев, его активность в этих мероприятиях были соответствующе отмечены в характеристике для зачисления на офицерские курсы.  Помощь старшего брата понадобилась лишь единожды – для внепланового экзамена на эти курсы.
Примечание. Действия «отрядов умиротворения» в Китае было не возможно без прямого участия офицеров и агентов Кемпейтай (憲兵隊 – «корпуса безопасности» или военной жандармерии).

В этот период японской разведкой велся активный сбор информации о структуре китайского партизанского движения и агентуры связанной с УСС (американского Управления Стратегических Служб) в восточном и южном Китае.
Любопытно как в последующем Онода пытается подменить терминологию карательных акций на оккупированной территории: «"Отрядами умиротворения" в настоящее время назывались подразделения, действующие в тылу противника(!) и разрушающие его оборону изнутри. В значительной мере эти отряды напоминали войска, называвшиеся американцами "отряды коммандо"».
Наверное забыл что действовал против китайских партизан в китайских же деревнях.

Совершив паломничество к Императорскому дворцу и посетив храм Ясукуни, Хироо Онода отправился в Вакаяму навестить родных.
Подготовка диверсанта. «Секретный агент, но ни как не диверсант».
Тренировочный центр японской армейской разведки имел официальное наименование Армейская школа Накано второе отделение в Футамата (陸軍中野学校二俣分校). Первоначально эта структура японской разведки и контрразведки, образованная в 1937 году, была замаскирована под учебное заведение по подготовке «военных корреспондентов», а официально фигурировало в структуре армии как «институт исследований контрразведки» (состояние на март 1938 года, 19 человек обучаемых), «школа по обучению персонала тыловых служб» (состояние на июль 1939 года).
В 1940 году присваивается название «Армейская школа Накано». А в 1941 году она это закрытое учебное заведение становится под прямой контроль Генерального штаба армии.
Вплоть до 1942 года основное направление разведывательной деятельности рассматривалось как Китай и Советская Россия.
Поэтому одним из основных требований к кандидатам кроме психологической устойчивости в стрессовых ситуациях, и готовности к неординарным действиям (зачастую расходящимися с общепринятыми морально-этическими нормами), было знание в первую очередь китайского либо русского языка, а английского как второстепенного. Хироо Онода владел как китайским, так английским языками, и имел отличные характеристики от непосредственных командиров.
Изменение характера боевых действий на Южном фронте против англо-американских сил в 1942 году привело к переоценке политики использования армейской разведки. Главным и основным направлением становился Юг, и его оборона.
В этот период (1941 – 1945) руководимая генерал-майором Кавамата Юто (川俣雄人 少将) «Армейская школа Накано» также известная под кодовым наименованием «33-й восточный отряд» (東部第33部隊) в 1943 году получает указания по переориентировке методики обучения на диверсионно-подрывную и сокращения сроков обучения.
Ранее к основному длительному курсу (2,5 года, до 30 человек на курсе) обучения этого закрытого учреждения относились контрразведка, военная разведка, сбор информации и распространение дезинформации, саботаж, диверсии, изучение иностранных языков (русского, китайского и английского), судебная и полевая медицина, токсикология, психология и многое другое.
Но с декабря 1943 года была введена обширная дисциплина по тактике партизанских действий и организация специальных разведывательно-диверсионных отрядов Югекитай (遊撃隊 «стрелковый отряд-корпус») в тылу союзников с использованием местного населения из националистических и повстанческих группировок. Обучение иностранным языкам было устранено, так как кандидаты отбирались из владеющих китайским и английским. Общий срок обучения был сокращен до шести месяцев, обучалось до 150 человек.
В дальнейшем в связи с нехваткой специалистов по партизанским действиям и увеличения количества японских подразделений оказавшихся в тылу противника на островах Тихого океана количество обучаемых в августе 1944 было увеличено до 230 человек, а сроки обучения снова сокращены теперь уже до трех месяцев.
1 сентября 1944 года к курсантам в группе в 230 человек, где находился Хироо Онода с речью обратился руководитель отделения школы подполковник Мамору Кумагава: «Задача данного отделения школы - дать вам подготовку в области приемов ведения секретных операций. Поэтому настоящее название школы должно держаться в абсолютной тайне. Далее, вы сами должны отбросить всякие идеи о возможности получения воинских почестей».
Обучаемым будущим диверсантам предстояло в предельно сжатые сроки изучить и усвоить совершенно новую для них концепцию ведения войны.
Хироо Онода хотя был предупрежден о специфике учебного заведения Накано, как и другие курсанты воспринял сложившуюся ситуацию подавленно:
«…не мог подавить ощущение, что угодил в змеиное гнездо. И я был такой не один.
Кто-то сказал "Я недостаточно умён для такого".
Другой простонал: «Это что же, после офицерской школы я должен стать шпионом?»

Разговорами и тихим недовольством среди кандидатов не ограничилось.
К инструктору лейтенанту Саваяма, был направлен делегат от недовольных со следующей речью: «С того момента, как мы пришли в армию, мы думали, что однажды поведем свой взвод в бой. Именно ради этого мы тяжело работали в офицерской школе. И мы учились тому, как быть эффективным лидером в бою. Мы ничего не знаем о работе шпиона, и мы не уверены, что сможем научиться. Мы бы хотели вернуться в наши прошлые подразделения."
На следующее утро лейтенант Саваяма собрал весь курс и объявил: «Вы правы, тренировки здесь будут трудны, но само то, что вы понимаете это уже на основании того, что я сказал вчера, показывает, что у вас умные головы. А я обещаю напичкать их вам всем, что вам нужно знать, так что не волнуйтесь. И не приходите ко мне снова со своим нытьем!»

Мечта блеснуть доблестью на поле боя в офицерских регалиях исчезала на глазах. Вместо этого появлялась перспектива стать парией - «шпионом» крадущимся в страхе быть пойманным и казненным как преступник из социальных низов. Прославиться на этой ниве было невозможно.
Но от предложения послужить Империи и его Императорскому величеству отказываться было нельзя, пусть даже в столь низкой роли.
(Для себя Онода нашел формулу самовнушения что он не «шпион-диверсант», а «секретный агент» выполняющий ответственное задание перед Родиной и Партией своей страной).
Сокращенная программа обучения школы Накано состояла из четырех лекций-занятий утром и четырех днем. Каждая лекция продолжалась два часа с пятнадцатиминутными перерывами. Как уже указывалось выше изучение языков было упразднено. Идеологическая подготовка по времени сокращена до минимума.
Делался упор на практические знания по партизанским действиям, сбору информации (с отсеиванием дезинформации – этот курс Онодой был изучен на самом примитивном уровне, но об этом позже), телефонная и радиосвязь (средства и способы прослушки линий связи), саперно-взрывному делу и применение взрывчатки при подрыве инженерных сооружений, полевая и судебная медицина, яды и их применение, методики устройства засад и скрытых передвижений в условиях джунглей.
Но во главе угла ставилась свобода действий и отход от тактических шаблонов заложенных в офицерской школе.
«. Там нас учили не думать, а вести наших солдат в бой, с решимостью умереть, если понадобиться. Единственной целью было атаковать врага и убить их столько, сколько можно, прежде чем убьют тебя».
Новая школа дала новые установки: «В Футамате мы узнали, что наша цель – остаться в живых и продолжать сражаться как партизаны как можно дольше, даже если такое поведение обычно считается позором. На вопрос, как нам остаться в живых - каждому из нас предоставлялось найти ответ самостоятельно».

Хироо Оноде подобные определения показались верными. И более того иная отличная от принятой в императорской армии трактовка мотивации для поведения в случае пленения ему показалась наилучшим и оправданным вариантом.
«В Футамате нас учили, что сдаться в плен – приемлемо. Нам говорили, что, сдавшись в плен, мы можем сообщить противнику ложную информацию. Действительно, бывают моменты, когда нам бывает нужно преднамеренно дать захватить себя. Такая ситуация может возникнуть, например, тогда, когда нужно во что бы то ни стало напрямую связаться с кем-то, кто уже взят в плен. … Цель оправдывает средства».
Попасть в плен для японского военнослужащего означало (в случае возврата его в Японию ) военный трибунал и смертный приговор. Его родственники подвергались остракизму и притеснению в обществе. В случае если бывший военнопленный оказывался в живых, то лучшим выходом для него являлось самоубийство.
«Солдаты должны отдавать свою жизнь ради своего долга, а не пресмыкаться в лагере для военнопленных», Онода. (Какие непоколебимые моральные устои, не так ли?)
Так же Онода ссылается на «Наставления для солдат» генерала Хидеки Тодзио: «Тот, кто не хочет обесчестить себя, должен быть сильным. Он всегда должен помнить о долге перед своей семьей и своей общиной. Он должен ревностно стремиться, чтобы они верили в него. Умри, но не соверши унизительного преступления». (М-да!)

Примечание. Основной причиной столь массового явления как «оставшиеся» японские солдаты на Новой Гвинее, Сайпане, Индонезии, Филиппинских островах это банальное дезертирство. Страх перед наказанием и позором заставляли одиночных японских солдат скрываться в джунглях ведя жизнь отшельников.

В некоторых случаях как с рядовым первого класса Теруо Накамура (доброволец Такасаго с о. Тайвань, выходец из горного племени аму - "охотники за головами", состоял в отряде Каору, 2-я рота) тайванское имя Аттун Палалин, китайское Ли Гуанхой) местные отдельные индонезийские жители организовывали меновую торговлю. К стати Т.Накамура «побил рекорд» Оноды по сидению на банановой диете «сдавшись» по просьбе местных жителей 18 декабря 1974 года.(Об этом случае стоит рассказать отдельно).
Еще одной направленностью партизанской тактики была не только организация групп и отрядов из японских военнослужащих оказавшихся без командования в тылу противника, но и привлечение местного населения под девизом борьбы с белыми колонизаторами и под националистическими лозунгами. Мотивация заложенная преподавателями в этом случае была более чем оптимистична: «Если вы искренни и чисты духом, люди ответят вам и будут сотрудничать с вами!» (В последствии Онода это дело «прос…упустил как полимеры».)
Тем временем вести и слухи с Южного фронта приобретают мрачные тона.
Но Онода уверен в неминуемой победе как никогда: «В октябре 1944 года американские войска высадились на Лейте, а общая ситуация стала так плоха, что все всерьез заговорили о вторжении в наше отечество. Мы чувствовали, что каждая минута приближает нас к моменту, когда нас наконец отправят в бой. Но нас это не особенно нас беспокоило. Мы были уверены, что даже если враг высадиться в Японии, в конце концов Япония победит. Как и все наши соотечественники, мы считали Японию неуязвимой страной богов». (А как иначе!? Иначе бардак в казарме и пацифизм!)
В начале ноября 1944 года выпускники школы Накано в качестве выпускного экзамена проводят маневры вблизи аэродрома Хамамацу. Легенда учений: «Вражеские силы высадились в Японии. Захвачен аэродром в Хамамацу. По мере развития боевых действий вражеский командир намерился прилететь из Хамамацу на авиабазу Ацуги. Отряд диверсантов выдвигается к аэродрому. Поставлена задача: захватить вражеского командира и взорвать взлетную полосу Хамамацу.
Каждый выпускник предоставляет свой план выполнения миссии. Затем был выбран лучший план принятый к реализации.
Х.Оноду назначили в группу захвата. Для выполнения задания он оделся в свою униформу, сняв знаки различия. Команда подрывников переоделась в одежду фермеров и поденных рабочих. Был послан передовой наблюдатель, но, подползая к аэродрому, он заметил приближение «вражеских» солдат. Дозорный быстро нырнул в обочину, но его движения привлекли внимание фермеров (настоящих), работающих на поле неподалеку, и они увязались за ним. Вместо того, чтобы тщетно пытаться сбежать, он сдался «врагу». Позже он объяснил свои действия: «Я решил, что нет никаких причин сопротивляться, так что я решил дать себя поймать, а потом неохотно сообщить противнику кучу ложной информации». Кроме поимки наблюдателя, маневры, продолжавшиеся четыре дня и три ночи, прошли успешно.

Наблюдатели из Генерального Штаба высоко оценили эффективность действий новоявленных диверсантов. (Иного не могло быть. На Филиппинских островах 26 ноября 1944 начиналась десантные и наземные операции Ги-го-сакусен 義号作戦, Те-го-сакусен テ号作戦, Ва-го-сакусен ワ号作戦 заранее обреченные на неудачу).
30 ноября 1944 года класс завершивших обучение диверсантов получил приказ "отступить" из школы. (Без банкета. С вещами на выход).
Согласно приказа второй лейтенант Хироо Онода в составе группы из 43 курсантов направлялся на Филиппинские острова. Еще 22 курсанта остаются в Футумате до дальнейших распоряжений 7 декабря 1944 года.

«Я говорил себе, что бы ни произошло, я буду достойно выполнять свой долг», Х.Онода.

Примечание. В послевоенный период структура японской армейской разведки из выпускников школы Накано (от 2113 до 2500 человек) в Юго-Восточной Азии не исчезла после капитуляции Японии 15 августа 1945 года. Внедренная агентурная сеть состоящая не только из японцев, но из китайцев (кантонского и тайваньского происхождения), корейцев, индонезийцев, бирманцев, вьетнамцев продолжала функционировать как часть подразделений УСС (с 1947года ЦРУ). Под видом комерсантов, корреспондентов, социальных, гуманитарных организаций и сотрудников диппредставительств японские разведовательные органы работали уже на нового хозяина. Участие в национально-освободительных движениях в Индо-Китае, Малазии, Индонезии осуществлялось не только одиночными японскими военнослужащими, но и непосредственной организованной материальной поддержкой этих движений со стороны бывших военных структур Японии. (История разведшколы Накано требует отдельного и более подробного описания. Это весьма интересная история).


(продолжение следует)
копирайт на текст © Цвершиц Андрей / lautlesen.livejournal.com
Tags: Оставшиеся 残留, Японские диверсионные спецподразделения , Японское стрелковое оружие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments