lautlesen (lautlesen) wrote,
lautlesen
lautlesen

Category:

Эффект Хироо Оноды.

Эффект Хироо Оноды, и его влияние на проявление патриотизма. ч11.
Авт. Цвершиц Андрей
«Эскадрон Оноды».
Именно так называл свою группу Хироо Онода. В это название Онода вкладывал определенный смысл и цель существования японского «партизанского» отряда.

Чтобы не быть застигнутыми на месте постоянной стоянки группа совершала постоянные перемещения по острову, нигде не оставаясь длительное время. В последствии сложилась очередность смены стоянок в соответствии с сезонами и времени снятия филиппинцами урожаев с полей, а так же с выпасом местными жителями скота. Это позволяло круглогодично пополнять продуктовые запасы за счет филиппинских крестьян.
Длительные переходы требовали хорошего физического состояния от «партизан».  Кроме оружия и боеприпасов каждый из четырех участников группы нес на себе до 20 килограммов снаряжения. Расход энергии на постоянные физические нагрузки восполнялся усиленным питанием. Так же на состояние и подвижность оказывал сравнительно молодой возраст японцев и их семейное происхождение.
19 марта 1946 года второму лейтенанту Хироо Оноде исполнилось 24 года. Самому старшему в группе японцев капралу Симаде Шоичи на этот момент – 31 год, рядовому первого класса Козуке Конзичи – 25 лет и рядовому первого класса Акацу Юичи – 23 года.

Капрал Симада Шоичи 島田庄一 (1913 г.р.) был в отличной физической форме, высокого роста и плотного телосложения. Происхождением из крестьян, единственный женатый из группы (двое детей, один ребенок – сын родился в после его отъезда в армию), лучший стрелок, пользовался авторитетом у остальных, имел претензии на лидерство в отряде. Место рождения город Огава в префектуре Саитама, на Северо-Западе от Токио. До призыва в армию жил в сельской местности, имел опыт сезонных заготовок угля в горах и самостоятельного обитания в условиях горной местности.

Рядовой первого класса Козука Конзичи 小塚金七 (1921 г.р.), худощавый, молчаливый и замкнутый. Родился в семье зажиточного крестьянина из отдалённого пригорода Токио - Хачиодзи, его семья была достаточно состоятельной и занималась сельским хозяйством в нескольких поколениях. Окончил начальную школу в Хачиодзи в 1936 году(настоящее время Муниципальная седьмая начальная школа Хачиодзи). Поступил в молодежную школу Хачиодзи Коки в 1939 году. После окончания молодежной школы, 11 июня 1944 г. зачислен в 1-й полк Императорской гвардии. В июле 1944 года отправлен на Филиппины с переводом в 357-й отдельный полк пехоты.

Рядовой первого класса Акацу Юичи 赤津勇一 (1923 г.р.), близоруким, физически слабым и болезненным жителем бедных городских окраин Токио. Он родился в трущобах в семье бедного обувного мастера из бедной части Токио. Он не мог выдерживать длительные физические нагрузки наравне со всеми.

Онода: « Я полагаю, что несправедливо было сравнивать его (Акацу) с двумя здоровыми деревенскими парнями. Но вне всяких сомнений для нас он был обузой. Когда мы укрывались от противника, он всё время то отставал, то терялся. Я решил, что Козука был прав, что не хотел брать его с нами».

В группе распределились обязанность согласно имеющимся навыкам. Симада как самый сильный делал большую часть тяжёлой физической работы, Акацу выполнял обязанности по сбору дров или притаскивания воды из ближайшей лощины, а Козука и Онода изготавливали инструменты, стояли на страже и планировали передвижения группы.

Основными целями и задачами «эскадрона» Оноды стали поиск риса оставшегося от японских солдат остававшихся на острове, кроме тех кто сдался с капралом Фудзитой. Но найденного риса из тайников оказалось мало. В добавок одну из кладовых навестили осмелевшие местные жители и унесли один из двух бочонков с рисом. (Экспроприация ранее экспроприированного.)

После высадки американцев на Лубанге жители острова к негодованию Оноды перешли на сторону врага. В патрулях по острову состоящих из американских военных (до конца 1945 года) островитяне помогали в качестве проводников. Ту же помощь они оказывали и филиппинским солдатам с 1946 года.
Онода: «Они часто служили им проводниками, и нам приходилось прикладывать большие усилия, чтобы их избегать».
И еще: «Мы были более осторожны с ними, чем с вражескими патрулями».
Когда количество японцев на острове сократилось до 4 человек из «эскадрона Оноды» местные жители потеряв всякий страх стали ходить в горы за древесиной. Вооружившись ножами боло и захватив как правило хотя бы одно ружье на группу лесорубов, островитяне смело углублялись в горные джунгли Лубанга.
Чем сильно беспокоили смелых японских «партизан» из «эскадрона Оноды»: «Как только мы замечали местных, мы прятались. Если они замечали нас, мы стреляли, чтобы отпугнуть их, а затем как можно скорее переносили наш лагерь в новое место, поскольку знали, что они донесут о нас».
А если японцы оказывались загнанными в угол, то свидетелей как правило не оставалось: «Как только мы чувствовали, что кто-то может быть поблизости, мы прятались в зарослях. Но какими бы мы ни были осторожными, иногда они нас замечали. Когда такое случалось, нам не оставалось ничего иного как стрелять без колебаний и убегать. Такие встречи случались три или четыре раза за первый год».
Одной из статей поступления продовольствия, в частности риса, были кражи оставленного лесорубами продуктового запаса. Лесорубы из островитян при длительной работе на одном месте подвешивали мешочки с рисом на ветках деревьев для следующей готовки на месте вырубки. Стащив мешочек с рисом «эскадрон Оноды» немедленно перемещался на новое место стоянки что бы не столкнуться с хозяевами припасов.
Быстрота действий - залог успеха! (Особенно в краже авосек у колхозников.)

Маршруты «эскадрона Оноды». «Что такое сигнальные рейды?»
Так как северная часть острова Лубанг была равнинной и заселенной (до 12000 человек), а на юге располагались среди четырех песчаных пляжей омытые морем скалы и было всего несколько хижин рыбаков. То «эскадрон Оноды» отягощенный слабосильным Акацу перемещался в малонаселенном горном районе на юге острова.
Проложив пути передвижения между определенными пунктами с привязкой к местным приметным объектам – «две горы» или «два дома», и стараясь не останавливаться длительное время в одном месте «эскадрон Оноды» совершал пешие переходы от одного места к другому.
Онода: «Эта цепь представляла собой грубый эллипс, проходящий по горам в центральной части острова. Начиная в Гонтине и двигаясь против часовой стрелки, мы делали следующую остановку в пункте «Два дома» (или Пункт Каинан), потом пункт Вакаяма, потом «Две горы» (или гора Кодзуки), потом долина Шиокара (или пункт Шингу), потом Snake Mountain Abutment (пункт Кумано), потом Пять Сотен, потом Бинакас, потом Пик Шесть Сотен, и, наконец, снова Гонтин. Иногда, дойдя до Бинакаса, мы разворачивались и шли другим маршрутом.

Обычно мы оставались на одном месте от трёх до пяти дней. Идя быстро мы совершали полный круг всего за месяц, хотя обычно это занимало около двух месяцев, так что за восемь месяцев сухого сезона мы делали около четырёх кругов (с конца октября по начало июля следующего года)». (И никаких пещер с портретом Императора из банановых листьев. Заросли и старая сырая армейская плащ-палатка).
Маршрут был проложен так что бы «эскадрон Оноды» в октябре-ноябре оказывался в районах уборки риса филиппинскими крестьянами в северной части острова.
Онода: «В октябре и ноябре, однако, когда островитяне собирали свой урожай риса, мы обычно реквизировали у них его часть». (Местным жителям ничего не было жалко для отважных японских воинов.)
Но отбором риса у местных жителей не ограничивалось.
Второй лейтенант Онода сформулировал для своих действий на острове мотивационный ряд умозаключений: «Я был твёрдо уверен, что наши войска рано или поздно свяжутся с нами, и им понадобятся наши отчёты для планирования контратаки». (Онода стал вести записи, естественно зашифрованные).
Далее: «Их первой задачей будет захват аэродрома, и я делал мысленные пометки о том районе, а также о центральной части острова, где мы тогда жили».

Так сложилась «зона комфорта» этой группы, находясь в районе которой японские «партизаны» чувствовали себя в относительной безопасности и считали её «своей». (Позже это послужило причиной событий приведших к ранению Симады в июне 1953 года на южном пляже в районе Гонтина. Но об этом позже.)
Онода создает «блестящий» тактический план действий: «Чтобы расчистить путь всё ещё ожидаемому японскому десанту, мы вели партизанские действия, направленные на расширение подконтрольной нам территории и предотвращение проникновения врага в наши владения». (Четверо японских воинов против 12000 местных жителей!)

«Мы устраивали, как мы из называли, "рейды сигнальных огней". Мы ходили по разным местам в начале сухого сезона (конец октября) и поджигали скирды сжатого риса, которые складывали островитяне на своих полях у подножия горы.
Сезон уборки риса наступал в начале октября, примерно тогда, когда мы разбирали своё убежище (палатки, позже навесы) для дождливого сезона и перемещались выше в горы.


С полпути нам было видно, как жители жнут и вяжут рис в снопы. Чтобы защитить рис от влаги, они стелили толстую соломенную подстилку на землю и складывали на неё не обмолотый рис. Мы дожидались сумерек, скрытно приближались и делали один-два выстрела в воздух, чтобы напугать жителей. Это почти всегда срабатывало, и, когда они сбегали, мы поджигали рис - кидали в скирды горящую промасленную ветошь». (Местные жители были от этого в восторге! Такой фейерверк в честь Императорского Величества! И так каждый год в течении 29 лет поджоги, набеги.)

«Мы считали эти свои огни сигналами, которые покажут нашим войскам, которые могли оказаться в пределах видимости от Лубанга, что «эскадрон Онода» жив и в строю».
Шел 1946 год.


(продолжение следует)
копирайт на текст © Цвершиц Андрей / lautlesen.livejournal.com
Tags: Оставшиеся 残留, Японские диверсионные спецподразделения , Японское стрелковое оружие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments